Пираты XXI века. Операция `Копье` - Антон Первушин

– А мне плевать, на чьей он стороне, – заявил бескомпромиссный Стуколин. – Даже если за него Главком будет хлопотать…

– Вы всё забыли, – резко перебил Громов. – Вы что же, теперь считаете, что тогда в Заполярье была криминальная разборка? Один авторитет наехал на другого авторитета? Пацаны развели друг друга по понятиям? Так вы считаете? Скажите, так?

Лукашевич отвёл глаза.

– Молчите? Тогда скажу я. То была война! И Рашидов воевал за свою родину, как мы воевали за свою. Да, он сбил Беленкова, а Сергей был нашим другом и сослуживцем. Но и ты, капитан Лукашевич, сбивал его друзей и сослуживцев. И за это имеешь Звезду. А ты, капитан Стуколин, сбил самого Рашидова и тоже не обделён почестями. В той войне мы победили, но у нас не было и никогда не будет морального права издеваться над побеждёнными.

– О! – сказал Стуколин. – И это говорит самый натуральный подполковник.

– Натуральнее некуда, – огрызнулся Громов. – Короче так, ребята. Дело, конечно, ваше, но если вы сейчас из-за своих амбиций вернётесь домой, с этого момента мы незнакомы, и руки вам больше никогда не подам.

Лукашевич посмотрел на Стуколина. Стуколин посмотрел на Лукашевича.

– Это шантаж, Костя, – сказал Лукашевич. – Нехорошо шантажировать друзей.

– На войне друзей нет! – заявил Громов беспощадно. – Только союзники или враги.

Стуколин затоптал окурок.

– Ладно, – сказал он. – Не бросать же тебя одного в пекло – без нас ты быстро окочуришься.

– А что скажешь ты? – Громов повернулся к Лукашевичу.

Алексей криво усмехнулся.

– Пусть будет по-твоему, – заявил он. – Но только не проси нас, Костя, сидеть с Рашидовым за одним столом и хлебать из одной миски.

– Из одной миски – точно не заставлю, – пообещал Константин. – Мисок у нас хватает…

* * *

Учебная программа комплекса «Нитка» была рассчитана на подготовку элиты истребительной авиации, и требования к обучающимся предъявлялись соответствующие.

Легче всех было Константину Громову: ещё в будущность свою «русским витязем», он осваивал «Су-33» и даже совершил несколько учебных посадок на палубу «Адмирала Кузнецова». Остальным приходилось много труднее.

Сначала – изучение материальной части по сверхплотному графику с частыми тестами и контрольными, призванными закрепить усвоенную информацию. «Су-33» был фактически последним истребителем, запущенным в серийное производство ещё при советской власти. Все чертежи, расчёты, спецификации, технологические карты для этого самолёта были подготовлены в те времена, когда денег на авиацию не жалели. Казалось бы, раз всё готово – штампуй не хочу. Но производство даже полностью обкатанной машины оказалось не по финансам новому российскому правительству, и «Су-33» до сих пор выглядели диковинкой, к которой не знали как подступиться опытнейшие пилоты.

(На самом деле, аэродинамически «Су-33» мало чем отличается от знаменитого «журавля» – «Су-27». Консоли крыльев сделали складывающимися, чтобы сэкономить место на ангарной палубе и упростить конструкцию самолётоподъёмников; добавили переднее оперение,[75]чтобы увеличить маневренные возможности; усилили шасси, чтобы предотвратить их поломку при ударе о раскачивающуюся палубу; присоединили к хвостовой части фюзеляжа выпускающийся тормозной гак, чтобы было чем цеплять аэрофинишеры – вот и все новшества.

Другое дело – начинка. «Су-33» проектировался как перспективный истребитель, по своим тактико-техническим характеристикам опережающий ближайших конкурентов как минимум на десять лет. Поэтому на него ставилось самое современное оборудование. «Су-33» оснащён новейшей системой управления вооружением с усовершенствованной импульсно-доплеровской РЛС, обеспечивающей поиск и сопровождение до 10 целей на фоне земли или воды, и оптико-электронного локатора, состоящего из теплопеленгатора и лазерного дальномера, скомбинированного с нашлемной системой целеуказания. Последняя позволяет выдавать указания головкам самонаведения ракет и сканирующему устройству оптико-электронной станции простым поворотом головы лётчика в сторону цели. Кроме этой во всех смыслах передовой системы, на «Су-33» имеется станция радиоэлектронной разведки «Берёза», через речевой информатор сообщающая пилоту об облучении самолёта радарами противника. Специальная система навигации, напрямую связанная с орбитальной спутниковой группировкой ГЛОНАСС, обеспечивает полёт в любых географических условиях и позволяет осуществить точный выход истребителя к своему кораблю или любому аэродрому. Морально устаревший индикатор с подсветкой на лобовом стекле заменён на многофункциональный жидкокристаллический цветной дисплей, предоставляющий пилоту всю необходимую информацию. Имеется также табло отказов, способное выдавать рекомендации на все случаи жизни.

Эти новшества и предстояло освоить пилотам, проходившим обучение на комплексе «Нитка»).

После того, как материальная часть была изучена и экзамен по этой тематике сдан, офицеры перешли к следующему разделу: «Принципы и порядок функционирования подразделений, обслуживающих авиагруппу тяжёлого авианесущего крейсера проекта 11435». Довольно скоро выяснилось, что эти принципы были позаимствованы у американцев, имеющих, как известно, довольно большой опыт в данной области. Впрочем, имелись и свои особенности. Отсутствие катапульт облегчало процесс подготовки запуска и взлёта, но и накладывало на пилота дополнительную ответственность. Если у американцев командир боевой части мог на любом этапе прервать подготовку к взлёту, то российский пилот, разогнавшись, обязан был взлетать и уже потом, в воздухе, решать возникшие проблемы.

В чём-то имелось и существенное отставание. Российские инженеры не сумели воспроизвести американскую систему оптической посадки FLOLS. В основном, потому, что технология производства линз Фринеля находилась у нас в зачаточном состоянии. В качестве альтернативы была предложена отечественная система «Луна», которая выпускала сразу несколько разноцветных лучей – по их цветовой тональности пилот определял своё положение относительно глиссады. Однако при плохой погоде лучи рассеивались и цвета накладывались друг на друга, а у самой палубы имела место «мёртвая зона», когда лётчик вообще не видел лучей. Недостатки «Луны» были компенсированы дублированием: помимо неё на палубе устанавливали систему визуальной посадки «Глиссада-Н», особенно эффективную ночью. А на самом истребителе нашли место для радиотехнического комплекса «Резистор», способного самостоятельно сажать самолёт.

Параллельно с изучением функций палубных служб пилоты на тренажёрах начали отработку навыков взлёта и посадки. На этом этапе подключился старший инструктор – подполковник Тимур Мерабович Барнавели.

Старший инструктор был из натурализовавшихся в России грузин и относил себя к некоему довольно абстрактному офицерскому братству, для которого не существует стран, гражданств и границ, – идеальный кандидат на высокую должность в структуре «Белого орла». Он долгое время служил в нижегородском Центре боевого применения авиации, потом воевал в Чечне, и в конце концов был направлен в Саки.